38 лет службы Родине на Тихоокеанском флоте

Самое сложное — это мое мнение — найти  те первые, весомые слова, которые определят все направление рассказа о человеке. Покажут, что привело его в профессию, которая стала судьбой. Что на всю жизнь привязало именно к такому сложному, для многих неприемлемому даже, ритму жизни.

Казалось, из нашего долгого, затрагивающего многие стороны жизни разговора с капитаном 1 ранга в отставке Эдуардом Ивановичем БУРМИСТРОВЫМ, выбрать  эпиграф будет совсем несложно.  Не получилось!

Потому что каждый шаг в жизни этого морского ОФИЦЕРА  - именно так, с Большой буквы – был неотъемлемой составляющей характера, моральных качеств, эмоций и увлечений, без которых просто не представлялся уже облик настоящего военного моряка.

Чтобы и вы могли убедиться в этом надо одно – просто «пройтись» по жизни Бурмистрова вместе с ним. Не просто услышать, но и понять какие мысли и чувства приводили к тому или иному поступку, принятому решению. 

Нечасто встретишь человека, который искренне, без прикрас оценивает сам себя. Рассказывая о сложных ситуациях, словно заново взвешивает: а так ли надо было поступить? Правильно ли сделал? Был ли другой выход тогда?

Говорю сейчас о своем восприятии разговора, о том, что мне было интересно, что вызвало особое уважение и восхищение этим человеком, и понимаю – интересно ведь не мое мнение. Интересен каждый услышанный факт, который вписан уже в историю нашего Военно-Морского флота, в историю нашего Тихоокеанского флота. В этом – серьезный вклад и Эдуарда Ивановича Бурмистрова.

СПРАВКА:  

Бурмистров Эдуард Иванович — родился 24 февраля 1936 года в г. Чите За-байкальского края. 38 лет жизни отдал службе в Воен-но-Морском  флоте.  Из них 16 лет в разведке Тихоокеанского флота. В должности старшего помощника командира и командира корабля совершил около 20 походов на боевую службу. За один из походов награждён орденом Красной звезды. Командиром корабля совершил четыре похода в районы, непосредственно связанные с боевыми действиями во Вьетнаме. Командовал СРЗК «Гидрограф», БРЗК «Приморье». Службу в Военно-Морском флоте закончил в 1991 году капитаном-наставником по военно-морской подготовке в «Дальрыбе». Капитан 1 ранга в отставке.

«Что ответить на ваш вопрос: если бы сегодня сказали: начни жизнь снова. Выбирай любую профессию. Даже задумываться не буду. Если б снова начать, я без колебаний выбрал снова свою профессию. Это - моя СУДЬБА. Это – мой ПУТЬ и моя ЖИЗНЬ! Другой для себя – не вижу. Я страну свою ни разу не подвел. Служил честно. Присягу сердцем приносил. И сегодня ей верен! Я горжусь тем, что служу своему Отечеству, как и обязан каждый морской офицер!», - убежденно, чеканя каждое слово, ответил на мой вопрос, заканчивая долгую беседу кап.раз Бурмистров. Можно было об этом и не спрашивать. Каждый шаг, начиная с детства, подтверждал, что выбор был точным, хотя, на первый взгляд, случайный.

«Мы с одноклассниками, - это еще начальный класс был, - катались тогда на коньках. Зимы у нас морозные, суровые. И видим вдруг, как идет по улице подтянутый, высокий парень в морской форме. На нем ботиночки начищенные блестят. Видно, как мороз его пробирает. А он печатает шаг и виду не подает, что замерз крепко. И так мне тот образ в душу запал. Так я восхищался силой воли парня, что решил сразу – буду моряком!», - с улыбкой вспоминает, как пришло решение стать «морским волком» Эдуард Иванович. – «Был, правда, момент, который чуть не перечеркнул мечту. Застудил ногу. Пошел отек. Боли страшные. Положили в больницу. Пока лечился подотстал с учебой. Но желание поступить в ТОВВМУ победило. Все наверстал. Поступать поехали с двумя моими друзьями-одноклассниками. Сдали документы и…домой уже не отпустили. Сразу попали под командование старшины срочной службы.  Вся свобода осталась за дверями. В столовую - строем, из столовой - строем в учебный класс на подготовку к экзаменам. После подготовки - в кубрик спать до подъёма в 6.00.  А утром -  опять по тому же распорядку».

Сделаем небольшой экскурс в историю семьи Бурмистровых. Отец служил в ПВО. Воинская часть стояла в 60-ти километрах от Читы, поселок «Лесное». Роскошные кедры , река, - природа красивейшая. Но и суровая. Все это осталось в детстве. Потому что отца по службе перевели. Так и попала семья в Приморский край. Обосновалась в селе Кневичи. Отсюда и начался путь военного моряка Эдуарда Бурмистрова.  Сначала – экзамены в ТОВВМУ.

«Экзамен сдал хорошо. Первое звание – курсант! Выдали робу, бескозырку. Без ленточек. Так полагалось в начале учебы. Надо было еще эти ленточки заслужить. Учили нас без снисхождения. Дисциплина, как для любых служивых. И, знаете, не было ведь никакой к себе жалости. Скорее гордость за то, что нас, пацанов, сразу прировняли к военным. Нам показали с первых дней, что мы – будущие офицеры, которые должны примером быть для всего корабля. А мы же в перспективе уже командирами кораблей быть мечтали! Так что желание было одно – научиться четко выполнять приказы. Освоить всю штурманскую науку на «отлично».  Очень трудно было. Особенно на первом курсе. Ноги застуженные в детстве знать о себе давали тогда сильно. Надо было бегать, прыгать, упражнение разные выполнять на физподготовке. Зубы сцеплю и бегу в противогазе, окопы рою. До слез! Но выполнял! И в какой-то момент вдруг понят – а ноги-то не болят уже!!! Врачи сколько в школьные годы лечили. И плохо помогало. А вот такая железная дисциплина и желание выполнять все в лучшем виде – помогло лучше любого лекарства!», - смеется Эдуард Иванович.

ЕСТЬ ВОПРОС.  Многие ли мальчишки сегодня готовы к такому? А взрослые? Какой патриотизм был заложен в тех подростках – ровесниках Бурмистрова?  Не показного, не многословного и крикливого, а такого, что проявляется в жизненных «мелочах»? Когда сам себе ставишь трудную цель – и выполняешь ее, оставляя позади все преграды! А вокруг такие же курсанты-товарищи, того же мальчишеского возраста. Они знают твои проблемы. И не смеются! Они подставляют плечо. Помогают не отстать. А если ты вперед вырвался – искренне радуются твоей победе!  

О каком вопросе речь идет, спросите? О простом:  СМОЖЕТЕ ТАК?  Просто ответьте сами себе. Честно ответьте. И это будет ваша серьезная победа…

20 октября 1953 года состоялась торжественная Присяга молодых курсантов ТОВВМУ.  Первый шаг к званию МОРСКОГО ОФИЦЕРА был сделан!

«Учиться мне было интересно. Потому что, как и мои однокурсники, в училище мы пришли с мечтой о море. И каждый новый день столько открытий нам преподносил. В то время курсанты нашего училища были просто настоящей элитой, блистали в городе! Форма броская, на боку носили длинные палаши. Мы прямо «купались» в восторженных взглядах людей! А мы с первых дней учебы наполнялись гордостью и за свое курсантское звание, и за училище и за весь Тихоокеанский флот! Очень правильно настраивало нас командование училище», - Эдуард Иванович подчеркнул это в разговоре не раз.

И БЫЛ ПРАВ!  Эта такая ремарка-вывод. Когда разговор перешел уже на начало службы, затем на интересные и непростые факты из жизни морского офицера, убедилась, что именно внутренний настрой, правила, моральные принципы, заложенные с первых дней учебы в характер курсантов, помогал военному офицеру Бурмистрову точно и быстро принимать очень непростые решения. Находить неординарные, но действенные методы поддержания порядка, дисциплины и моральной силы экипажа при выполнении боевых задач в долгих морских походах.

Первый учебный год курсант Бурмистров окончил на «отлично». Впереди ждала практика. Это была проверка не только освоенной теории, но и умения применить их на практике. Проверить еще и свой характер, узнать – примет ли море выросшего далеко от океанских просторов, парня…»На учебном судне «Тобол» мы отправились на Камчатку. Пароход работал еще на угле. И чтобы мы познали морскую науку в полную силу, нас отправляли на вахту и в кочегарку. Тут уж в полную меру все легенды о труде и важности этой профессии на судне увидели. Конечно, к котлам не допускали. Но из дальних шхер уголь к топкам подтаскивали. Тоже нелегкое дело, скажу вам. И как профессионалы-кочегары уголь ловко забрасывали в огненные отверстия топок – смотрели мы с восхищением.  

Но, конечно, для будущих штурманов были самыми интересными штурманские вахты. Нас заступало сразу человек по двадцать. Целый класс. Нам отводился свой стол, карты, все положенные для работы штурмана, инструменты. И мы свой опыт, полученный в училище, отрабатывали на практике. Прокладывали, как настоящие штурманы, курс корабля. Наш куратор все потом проверял. Сложности  и секреты штурманской профессии осваивали досконально. Сутки наши курсантские были расписаны по минутам. Свободного времени не было.  Запомнился наш преподаватель астрономии капитан 2 ранга Толкачев. Он еще на царском флоте служить начинал. И закалка у него была самая правильная. Настоящий флотский офицер. Умный, ответственный, знаток своего дела и с хорошим чувством юмора. Ленивых терпеть не мог. И, если кто отлынивал, а потом пытался задание на «авось» решать, такой курсант сразу получал «двойку». Хотя, казалось Толмачев, просто «пробежал» глазами его вычисления. Мне в его глазах выглядеть хотелось достойно. Так что науку штурманскую осваивал со всем прилежанием.    

При этом не давал нам скучать на его уроках. Вот как он нам лекцию о движении солнца начал. Взял и спрятался за столом, потом покряхтывая – возраст у него уже серьезный был – начинал медленно приподниматься. Появлялась медленно над столом его лысина. Потом он во весь рост вставал, на стул взбирался, со стула на пол, и снова  за стол начинал опускаться. И спрашивал нас: что это вы сейчас видели? Мы мялись, неловко было сказать, что вашу лысину наблюдали… А он говорит: это был восход, движение и заход солнца! Весь класс вместе с ним от души хохотал. И начиналась потом серьезная разборка темы… Вон сколько лет с того времени прошло, а запомнилось навсегда».

Практика закончилась. На рукавах форменной одежды появилась еще одна «галочка». Курсанты разъехались по домам, в отпуск. А потом снова начались учебные будни. Со второго курса учеба пошла намного легче. Курсант Бурмистров втянулся в строгий ритм жизни военного училища, привык к дисциплине. Жизнь в таком ритме стала для него неотъемлемой составляющей. 

Каждый следующий год учебы давал не только большой объем теории, но и формировал четкую уверенность курсанта Бурмистрова в огромной важности выбранной специальности. А главное — убедительно показывал какая огромная ответственность лежит на плечах морского офицера. Особую роль в этом играла практика. С каждым разом она была серьезней и интересней. 

После второго курса каждый должен был сдать экзамен по управлению гребно-парусной шлюпкой. Это было удивительное чувство — ощущать. Как тебеповинуется морское суденышко. Пусть небольшой, пусть это лишь шестивесельный ял, но именно тебе дано проложить каурс, отдать команду экипажу. И представлять себя командиром большого морского корабля!

«Практика после третьего курса — вообще, как волшебный сон. Три корабля: крейсер «Дмитрий Пожарский», эсминцы «Вдумчивый» и «Вразумительный» отправлялись с визитом дружбы в Китай, в город Шанхай. Курсантов- штурманского факультета распределили по кораблям. Я попал на «Вразумительный». Представляете, в то время — за границу отправиться! Рассказывать можно и сегодня много интересного. Но тогда я просто был поражен. И теплым, дружеским приемом. И экскурсиями, и с огромным интересом к нам жителей города, и чистотой города, и бедностью жизни, и щедростью приемов в честь русских моряков. Маленький такой штрих. Нам в Китае выдали местные деньги — по семь юаней. На них можно было тогда купить два электрических фонарика. Они у нас ооочень ценились. Ну, или несколько дешевых сувениров. Но для нас все было интересно. Мы узнавали, как живут люди в соседнем государстве. Жизнь в Советском Союзе была лучше. Вернулись. И практику уже дорабатывали в бухте Миноносок.

Четвертый курс. Меня тогда назначили в свою роту командиром отделения. Но не это было в тот год главным. Нас 3уже отпускали в увольнение на выходные. Мой друг Саша Новиков спешил к своей невесте. А та, все пыталась познакомить меня со своей подругой Аллой. Да, никак не совпадало. А тут забежал к другу и его невесте, а там девушка. Стройная, с толстой косой, да еще на пианино играла… В общем, любовь накрыла сразу и основательно. В итоге Алла стала моей женой. 

Когда эту квартиру получили, очень были рады, что окна выходят как раз на пролив Босфор. У нас уже были две дочки. А корабль наш по приходу вставал на рейд прямо напротив окон. И девочки в бинокль смотрели на корабль: «Вон, папа наш пришел!» А дома я бывал не часто, как и все наши «морские волки». Вот блокнот у меня, видите, там календарь я вел. Дни, закрашенные синим — это время в море. Бывало, в году до 262 дней цветом морской волны отмечены», - с улыбкой вспоминает капитан 1 ранга Эдуард Бурмистров.

СПРАВКА:

Бурмистров Эдуард Иванович после окончания ТОВВМУ имени адм.Макарова в 1957 году военную службу начал на Тихоокеанском флоте – командиром БЧ-1 на морском кабельном судне «Баклан». Дважды принимал участие в перегоне Северным морским путем морских судов из западной части страны на Дальний Восток. 

В 1964 году он был назначен помощником командира на спасательное судно «Арбан», которое после переоборудования передали в состав 169-го отдельного дивизиона кораблей разведки ТОФ. В 1966-м Эдуард Бурмистров стал его командиром. Участвовал в 32 дальних походах..

Эта справка в несколько строк сжала огромный пласт жизненного пути морского разведчика Бурмистрова. Если рассказывать только про самые основные моменты службы — точно, и трехтомого издания для изложения интереснейших документальных фактов будет мало. Что говорить о газетных полосах, куда так хочется вместить 16 лет службы на судах морской разведки.

А еще ни слова не сказано о том, как пришел к службе именно в этом недавно созданном тогда и крайне важном для страны структурном подразделении ТОФ. 

К моменту смены места службы, Эдуард Иванович уже шесть лет был штурманом. Жил с семьей уже во Владивостоке. Все было неплохо. Но душа Бурмистрова рвалась в неизведнное. Мечтал о новых высотах морской службы. Однажды встретил своего товарища по учебе в ТОВВМУ.  Тот рассказал, что служит в секретном подразделении, которое базируется на 37-м причале. «Если хочешь к нам — подойти там к кап. 2 Проценко», - предложил товарищ. Если излагать без эмоций и длительных промежуточных ситуаций, то Бурмистров попал служить на суда гидрографии. Так обозначали тогда корабли-разведчики. Служил, как всегда, с полной отдачей. По-другому просто не умел. 

Преданность морской службе, высочайший профессионализм, ответственность за порученное дело были замечены командованием. В 1969 году способный офицер возглавил экипаж разведчика «Гидрограф». Через пять лет Эдуарда Бурмистрова перевели старшим помощником командира большого разведывательного корабля «Приморье». А в 1980 году Бурмистрова назначили его командиром.

В долгих походах случалось разное. Командир нес ответственность за судно и весь экипаж. Приходилось выполнять задание у берегов Америки, наблюдать за взлетами «Шатлов». И менять планы по приказу командования, оставаясь на новый срок в море, когда уже все настроены были на возвращение домой — тоже умел грамотно. Что в этом особого? Приказ есть — выполняй. Да, все так. Но 160 человек экипажа! Каждый со своим характером, со своими проблемами и планами иногда вносил свои коррективы. И командир должен был навести порядок в умах. Найти слова, аргументы точные, чтобы и «нытики» и «агрессоры-подстрекатели» вспомнили слова Присяги, приступили к слаженному, дисциплинированному несению боевой службы. 

«Месяцы в море, на замкнутой территории корабля, - совсем непросто. И любой пустяк может вывести человека из равновесия. Тут подстрекатели особенно опасны. Меня тут очень выручали те самые курсантские практики. Нас многому наши командиры научили. И как с подчиненными выстраивать отношения, как распознавать характеры, к каждому свой подход находить. Все это вспоминалось в сложных ситуациях, когда сам уже был не первый год командиром корабля. Так что каждому своему учителю спасибо говорю от души. Жаль, что не могу и сегодня рассказать, какими мерами, действиями, словами наводил порядок в сложных обстоятельствах. Но одно скажу точно — никогда рукоприкладством не занимался. Авторитета таким способом никогда не добьешься. Это — последнее дело для командира», - и сегодня убежден капитан 1 ранга в отставке Бурмистров.

16 лет отслужил Эдуард Иванович в морской разведке. «Разведка — это самое мощное оружие страны. Пренебрежение ею может привести к самым пагубным последствиям», - делится мнением Эдуард Иванович, - Приведу только один пример из истории — поражение Российского флота в Цусимском сражении. Одно2й из важных причин этой трагедии стало невнимание командующего эскадрой к данным радиоразведки. Так что спрос с нашего подразделения был всегда особый! Служба на разведывательных кораблях воспитывает в каждом члене экипажа — от матроса до командира — чувство ответственности за порученное дело, учит с самостоятельности,  ответственности и отличного знания своей специальности. А еще в разведке без терпения, физической выносливости обойтись невозможно. В каждом походе, без исключения, приходится стойко переносить тяготы и невзгоды военной службы»

В общей сложности морю капитан 1 ранга в отставке Эдуард Иванович БУРМИСТРОВ отдал почти 40 лет жизни. Потом еще 8 лет прослужил капитаном-наставником по военно-морской подготовке в Дальрыбе. Готовил командный состав рыболовецких судов к работе в условиях военного времени.

Думаете, сегодня он сидит на лавочке в сквере и смотрит на прохожих? Не угадали! Потому что есть общественная работа, есть возможность наверстать возможность на природу съездить, домашними делами заняться. А уж гостей принимают с открытой душой.  А если вы видите Эдуарда Ивановича первый раз, то сразу скажете — точно, военный человек.  Подтянутый, с флотской выправкой. Даже в «гражданской» одежде. А когда надевает офицерский мундирвесь увешанный наградами и знаками отличия — тут невольно самому хочется подтянуться, плечи расправить и «взять под козырек» перед настоящим ОФИЦЕРОМ ФЛОТА РОССИЙСКОГО.  Эдуард Иванович БУРМИСТРОВ — один из достойных представителей этой надежной армии Защитников Отечества на море. И в годы своей юности, и сегодня. Нынешним курсантам морского училища есть на кого ровняться!

Татьяна Богатикова